Андрей ЖВИРБЛИС РЕПОРТАЖ ИЗ РАССТРЕЛЬНОГО СПИСКА

18 сентября 2015 - samoch

Я работаю в некоммерческой организации Центр антикоррупционных исследований и инициатив «Трансперенси Интернешнл – Россия»[1] относительно недавно, три с половиной года. За это время успел понять, что жизнь представителя гражданского общества полна неожиданностей. В этом смысле мы совершенно не уникальны. Отечественный стиль управления сам по себе предполагает готовность сорваться для выполнения срочной (и совсем непрофильной) задачи по вызову начальства, латать дыры, аврально сдавать проект. Для нас всё это подкрепляется специфическим статусом.

Сегодня тебе ясно дают понять, что ты никто, «забывая» позвать на важную встречу или представительную конференцию. Завтра, убедившись, что никто не может ответить лучше на некий крайне актуальный вопрос, приходит обращение, звонок с просьбой, в дружески-приказном тоне. Между тем, идеалы организаций гражданского общества всё те же: сильное отечество, счастливое будущее, нормальное развитие детей, справедливость. Но есть отличие от «рядовой» бюрократии: нет слепой веры в начальство.

Вот мы и занимаемся спокойно занимаемся в то, что верим: проводим независимую антикоррупционные экспертизы проектов нормативных актов; ведем классические курсы в университетах и неклассические просветительские мероприятия для школьников и будущих учителей; готовим мониторинги, в которых смотрим, как на деле исполняются отечественные законы и постановления, а также и международные конвенции; изучаем, каким некоммерческим организациям перепадает госфинансирование и что они делают с этими деньгами; проводим расследования, в которых пытаемся выяснить, не утаил ли какой «слуга народа» домик или что покрупнее в своей декларации, или не помог ли он же какому-то в меру дальнему родственнику получить государственный контракт. За всю эту активность, а также за иностранное финансирвоание, позволяющее нам работать (хотя в последние годы стало возможным получать деньги и внутри страны, чем мы польщуемся) нас особо никогда не любило «начальство», ещё до получения нами нелицеприятного ярылка «иностранного агента». Не любило, но всё же обращалось за нашими знаниями, потому что государственные эксперты в противодействии коррупции с затуманенной сервильностью мозгами и отсутствием независимости редко могут предложить эффективное, работающее решение.

Помню, когда в 2012 году, менее чем через год после моего прихода в сектор, в Госдуме начали обсуждать так называемый закон «об иностранных агентах», я отмахнулся от обсуждавших его, занимаясь подготовкой и проведением нашей второй летней школы. Ну, мало ли чего могут придумать для собственного пиара депутаты, изрядно растерявшие легитимность после фальсификаций на выборах и массовых протестов. Люди, которые по долгу службы следят за деятельностью российского парламента, знают, что на дождик сообщений типа «такой-то законопроект внесён в Думу» лучше не реагировать. Тысячи самых различных документов начинали свой путь, чтобы напрочь застрять на самом раннем этапе или сгинуть где-то в районе второго чтения. Масса инициатив возникает под влиянием лоббистов или от желания засветиться с той или иной темой в прессе, а то и в качестве тактического приёма на ковёрных или подковёрных схватках.

Увы, я оказался не прав и в тот раз, и в другие, более поздние, принёсшие удивлённому обществу ещё более безумные правовые новации (вспомним хотя бы «закон Димы Яковлева», запретивший усыновление российских сирот в США). И когда в российском праве появился термин «иностранные агенты», стало уже очевидным, что началась охота, в которой Центр «ТИ-Р», наряду с другими гражданскими организациями, оказался в роли дичи.

С тех пор наши взаимоотношения с государством в этой части напоминают разговор с хулиганом в подворотне: «Политическая деятельность есть? А вот если найду?» Как и полагается в таком диалоге, честная попытка ответить на вопрос не даёт результата, да никому и не нужна. Прокуратура за два года провела две внеплановые проверки нашей организации (каждая отвлекла множество сил от основной деятельности), но ни на неё, ни на суд не подействовали наши доводы.

Политическая деятельность, как она понимается в той части закона «О некоммерческих организациях», который в обиходе называют «законом об иностранных агентах» – она направлена на изменение существующей государственной политики и/или формирование общественного мнения для изменения такой политики. Определение само по себе достаточно странное и мало коррелирует с другими законами, регулирующими политическую сферу, причем более профильными – например, о политических партиях. Впрочем, наличие такого регулирования может быть оправдано – например тем, что НКО могут участвовать в выборах и выдвигать на них кандидатов (пусть и в очень ограниченном объеме) с одной стороны, а с другой – получать иностранное финансирование, что запрещено политическим партиям. Зарубежное участие в политики ограничено, и право государства на это действительно признается, в том числе, в Европейской конвенции по правам человека.

Но дело в том, что ни наш Центр, ни другие НКО, оказавшиеся в реестре «иностранных агентов» не ведут политической деятельности в классическом виде – не выдвигаем кандидатов, не проводим уличных акций, не призываем к смене власти. В своей работе мы исходим из уже имеющихся законов и рамочных документов, принятых Российской Федерацией: Конвенций Организации Объединенных Наций и Организации экономического сотрудничества и развития, из Федерального закона по противодействию коррупции[2], Национального плана по борьбе с коррупцией[3], утверждённого указом Президента и иных документов. В каждом из этих документов более или менее детально прописаны шаги и меры, которые должны применятся, и говорится о необходимости расширения участия организаций гражданского общества в антикоррупционной деятельности. Но отсылка к этим положениям не произвела должного впечатления ни на прокуроров, ни на судей, у которых мы оспаривали представления прокуратуры, на основании которого на нашу организацию навесили ярлык иностранного агента.

Признание «Трансперенси Интерншнл – Р» «иностранным агентом» принципиально не отразилось на характере нашей работы, хотя и осложнила её. В деятельности организации сегодня можно выделить несколько направлений: исследования и мониторинги коррупции в России, просветительские мероприятия, проекты, направленные на повышение прозрачности деятельности госорганов и организаций в России. Мы проводим независимые расследования случаев коррупции и регулярно направляем в компетентные органы соответствующие обращения и рекомендации, к которым власти прислушиваются.

К примеру, весной мы опубликовали доклад, посвященный декларированию доходов региональных депутатов. Мы выяснили, что 746 представителей законодательной власти субъектов РФ не отчитались о доходах и имуществе за 2013, невзирая на то, что по закону обязаны это делать. Недавно группа депутатов Госдумы внесла законопроект, в соответствии с которым для чиновников и представителей законодательной власти будет установлена ответственность в виде досрочного лишения полномочий за нарушение сроков подачи деклараций о доходах и имуществе. Осталось проследить, чтобы его не положили под сукно.

В 2015 наши эксперты занимались проектом, посвящённом прозрачности работы некоммерческих организаций: сегодня многие российские НКО еще далеки от принятых в мире стандартов открытости и подотчетности, а значит теряют и в эффективности. Проанализирована информация, представленная на сайтах НКО, выпущены рекомендации для организаций, желающих повысить прозрачность своей работы. Кроме того, мы разработали модульный кодекс этики некоммерческих организаций – своего рода конструктор, на базе которого НКО могут создать собственный этический кодекс.

Под эгидой Центра Центр «ТИ-Р» в НИУ ВШЭ работает Проектно-учебная лаборатория антикоррупционной политики, в которой студенты учатся проводить собственные антикоррупционные исследования, участвуют в открытых дискуссиях и круглых столах.

В наших публичных мероприятиях периодически принимают участие представители органов власти, в этом году эксперты Центра читали антикоррупционные лекции для сотрудников Федерального казначейства, другими словами, мы не сторонимся контактов с государственными органами, если чувствуем, что можем быть полезны в деле противодействия коррупции. Однако Центр «ТИ-Р» всегда подчёркивал свою аполитичность и никогда не высказывался на тему политики.

Нам с коллегами кажется, что главная проблема совершенно не в этом. Настоящим обманом и преступлением было бы назвать себя тем, чем на самом деле не являешься. Председатель правления «ТИ-Р», основавшая организацию, мои коллеги, работающие уже десятки лет – никто не готов подписаться под тем, что он действует в интересах какого либо государства, кроме России. В нашем представлении, этому совершенно не противоречит умение говорить на иностранных языках, готовность общаться с экспертами за рубежом, и тем более получать финансирование вне нашей бедной на законодательные умы России.

***

В марте 2015 были подведены итоги Всероссийского конкурса антикоррупционного плаката и видеоролика «Коррупция — это…», проведённого к концу предыдущего года Центром  ТИ-Р. Победителями стали работы активистов Антикоррупционного студенческого клуба Сибирского федерального ун-та – студентов его Юридического ин-та по специальности «Таможенное дело»:  рисунок-демотиватор[4] «Единый астрологический прогноз» и видеоролик «Сказка про коррупцию».

***

В октябре 2015 Центр ТИ-Р провёл интернет-голосование против  предложенного ФСБ (!) законопроекта о засекречивании данных владельцев недвижимости, яхт и самолётов. Предложение тут же было поддержано коррумпированным правительством, коррумпированными силовиками и коррумпированным чиновничеством. Гражданское общество, судя по собранным подписям (около 100 тыс.), высказалось против.

 

(Продолжение этой драматической истории – в следующем номере журнала).

P.S. Октябрь 2015. Организация «Трансперенси Интернешнл – Россия» собирает подписи под требованием

 


[1] Автономная некоммерческая организация "Центр "Трансперенси Интернешнл - Р" (Центр "ТИ-Р"), создана в 1999 году. В октябре 2000 она стала частью международного движения Transparency International. Председатель правления Центра Е.А. Панфилова одновременно является вице-президентом Transparency International.

[2] Федеральный закон о противодействии коррупции от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ.

[3] Национальный план противодействия коррупции на 2014-2015 годы, утверждён 11 апреля 2014 года, N 226.

[4] Настенный плакат, пародирует мотиваторы (плакаты, предназначенные для создания рабочего настроения), используя схожие изображения. – Ред.

 

← Назад